Вместо эпиграфа к сообщению:
«Только дураки учатся на своих
ошибках, умные — на чужих».
Отто фон Бисмарк

В своем новом дистанционном курсе «Психология и общая теория конкуренции» я уделяю сравнительно небольшое внимание тому, что случилось со страной в 90-е годы, но все-таки уделяю. В контексте моего курса это можно выразить коротко так: «Провалились в рынок». В каком смысле «провалились»? — А в том смысле, что новорусские предприниматели были никак не подготовлены в плане культуры договорных отношений. Да что 90-е годы! — До сих пор наши сограждане едва ли не кичатся тем, что «хлопнуть по рукам» гораздо важней, чем хотя бы почитать внимательно «письменные договора», которые у нас пишут и читают разве что какие-то «писаки-юристы». Считается, что «читать документы» — это не по-русски (!). То ли дело «подмахнуть не глядя, но при этом посмотреть в честные глаза друг другу в момент рукопожатия». (В кавычки я заключаю мою имитацию так называемой «психологики» наших деловых отношений). Прямо это все просится в особый сериал «Особенности национальной…» нет не охоты, а в данном случае — договорной практики.

А ведь мы не раз именно в 90-е годы наблюдали в бизнесе ситуации, которые можно выразить образно крылатой фразой из рассказов О’Генри: «Твоя гнедая сломала ногу, Боб! А мой Боливар не выдержит двоих». В СССР эта фраза стала популярной в 1962 году после выхода фильма с русскоязычной экранизацией рассказов О’Генри. Иллюстрацией для этой моей статьи как раз я выбрал кадр из этого фильма.

Что обозначает эта крылатая фраза? В какой трансформации эта фраза нередко звучала в 90-е годы? — «Обстоятельства изменились, Боб. Наш договор теперь не имеет смысла, Боб. Ничего личного, Боб. Это просто бизнес, Боб».

ЧТО ТАКОЕ ФОРС-МАЖОР И ПОЧЕМУ ОБ ЭТОМ… НЕПРИЯТНО ДУМАТЬ ЗАРАНЕЕ

И это все говорилась и не раз (и я в этом тоже участвовал и сам слышал и в свой адрес, и в адрес моих партнеров со стороны их контрагентов) в отсутствие грамотно оформленного раздела в договоре под названием «Форс-мажор». Ведь расторжение или невыполнение обязательств по договору считается возможным только при наступлении определенных событий, которые стороны признают существенным изменением «обстоятельств». Часто перечень этих возможных, заранее предусмотренных обстоятельств называется «Обстоятельства непреодолимой силы».

Психологам с хорошим психологическим образованием должно быть совершенно понятно, почему наивнякам от бизнеса невдомек, что договор нуждается в продуманном разделе «Форс-мажор». Почему? — А потому, что работает банальная «инфантильная психологическая защита»: не хочется думать о плохом в самом начале пути? — О том, что по пути могут встретиться «пригорки» и «канавки» и придется сворачивать сотрудничество и делать это… ОРГАНИЗОВАННО, то есть по заранее оговоренным правилам.

О РАСТОРЖЕНИИ НАДО ОБЯЗАТЕЛЬНО ПРЕДУПРЕЖДАТЬ ЗАРАНЕЕ

А иногда для надежности грамотные люди (в вопросах договорной культуры) еще и прописывают раздел «Правила досрочного расторжения или продления договора». В этот раздел, как правило, вписываются пункты типа «Данный договор считается автоматически пролонгированным на следующий год, если ни одна из сторон не выразила в письменной форме свое желание прекратить действие договора». А насчет досрочного расторжения, то записывается чаще всего такая формулировка: «В случае досрочного расторжения сторона, инициирующая такое расторжение, должна: а) предупредить об этом не менее, чем за 2 недели (иногда 2 месяца!); б) выплатить (понести) контрагенту издержки, связанные с досрочным расторжением в сумме…». Рамочные принципы для формулирования таких разделов присутствуют во многих кодексах РФ, включая гражданский, хозяйственный, трудовой. Ну, например, многие знают, что нельзя уволиться «по собственному желанию» из организации буквально на следующий день, а надо предупредить администрацию хотя бы за 2 недели и эти 2 недели отработать.

ОБМАН ДОВЕРИЯ — ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА ДЕСТРУКТИВНОЙ КОНКУРЕНЦИИ

В своем курсе лекций «Психология конкуренции» я пытаюсь доказать, что несоблюдение указанных правил договорной культуры, обошлось нашей стране кровью весьма молодых активных, смелых и предприимчивых людей, участников многочисленных «стрелок» — тех, кому на наших кладбищах поставлены памятники «от братвы», «от коллег» и т.п. Бывшие партнеры и даже преданные друзья вдруг превращались в «заклятых врагов», желающих только одного — «отомстить за предательство». Деструктивные, конфронтационные формы конкуренция приобретает в те моменты, когда происходит Обман Доверия. Если этика деловых отношений НЕ развита (система устных,неписанных норм поведения и общения), то приходится уповать только на письменную договорную культуру. Но и она НЕ работает, если… участники не имеют привычки вычитывать договорные документы, составленные юристами. Увы, юристы нередко халтурят — частенько пишут документы «под копирку», так что получаются договора, несущие на себя печать «шаблона», плохо приспособленного к данной бизнес-ситуации. Но все-таки даже «плохие шаблоны» нередко лучше позволяют управлять ситуацией, чем «устные рукопожатия», которые не содержат никаких оговорок по поводу «особых обстоятельств».

Партнерской конкуренция никак НЕ может стать в стране, где происходит пренебрежение правилами в деловых отношениях. Вот этим самым «цивилизованный рынок» отличается от «анархического базара» — в нем действуют определенные либо четкие этикетные общепринятые нормы, либо имеется уважение к письменной договорной документации, а лучше всего — и то, и другое.

О ПРАВИЛАХ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ПСИХОДИАГНОСТИЧЕСКИХ МЕТОДИК

И еще одно воспоминание. Оно выглядит немножко в стиле «бойцы вспоминают минувшие дни», то есть отдает мемуаристикой. Но все-таки хотелось бы рассказать моим читателям на Дзене (тем, кто не в курсе, чем занимался Шмелев в 90-е годы и почему получил личный опыт договорных отношений). Дело в том, что лично мне в 90-е годы не раз приходилось не просто читать, но серьезно переписывать (едва ли не писать заново) договорную документацию, которую могли предоставить юристы, ведь у нас в центре «Гуманитарные технологии» в 90-е годы еще не было своего юриста, а в крупных организациях, которые выступали нашими Заказчиками были целые юридические отделы. Эти договора никак не отражали специфику той новой области деятельности, которая напрочь отсутствовала в советские времена в нашей хозяйственной и кадровой практике. Имею в виду область «оценки и тестирования персонала».

В 1991 году я предложил «Психологической газете» (издание питерской фирмы «Иматон», которое живет до сих пор) опубликовать образец наработанной мной договорной документации. Редакция назвала мой жест «щедрым подарком», ибо сами никогда ничего подобного не видели (главным редактором газеты была тогда Таня Девятова). Статья вышла в 1997 году под заголовком «Формы договорной практики при распространении психодиагностических методик» — «Психологическая газета», 1991, №8, с. 10-14. Кому как не сотрудникам «Иматона» быть в курсе, что договорные отношения в этой области в 90-е годы развивались … совершенно бессистемно — без всяких разумных ориентиров и образцов цивилизованного поведения и взаимодействия участников рынка.

ЭПИЛОГ КАК КОММЕНТАРИЙ К ЭПИГРАФУ

Завершая эту статью, хотелось бы задать риторический вопрос, который перекликается с известным изречением Отто фон Бисмарка, вынесенным в качестве эпиграфа к этой моей статье. Мы совершали уже в своей истории столько повторных ошибок, что хотелось бы, чтобы мы (как народ России) спросили сами себя самокритично, наконец:

А как называются люди, которые не учатся даже на своих ошибках?

Когда мы все время повторяем теперь известную горькую истину о том, что «История никого ничему не учит», то не имеем ли мы при этом в виду прежде всего себя самих?

На фото кадр из советского фильма «Деловые люди».