- Уважаемые коллеги,
Я тут выступил в редком для себя жанре методологического эссе (эмпирика есть, но ее совсем мало и она имеет иллюстративно-вспомогательный характер).Надеюсь, Вам будет интересно не только прочитать, но как-то прокомментировать эту статью.
Понимаю, что для словесного отзыва времени, конечно, ни у кого нет, а вот краткий клик из набора формулировок — это по силам… (см. опрос-голосование).
Эта статья (см. два прикрепленных файла) была написана мной в начале 2012 года, но опубликовалась только в конце 2014 года. Немало месяцев статья пролежала без движения в «замороженном» журнале «Методология и история психологии». Затем навстречу пошел Николай Алексеевич Батурин и посодействовал выпуску этой статьи в Челябинске. Хотелось ее опубликовать не в двух номерах (в двух частях), но журнальный формат заставил все-таки разбить на 2 сообщения. Хорошо. что это разбиение произвела сама редакция журнала, ибо если бы эту задачу отпасовали бы мне, то я бы с ней сам вообще никогда не справился…
А.Г.Шмелев - Ромащук А.Н. Активист
Александр Георгиевич, с большим интересом прочитал новый вариант Вашей статьи и решил попробовать отозваться несколько конкурентно — правда, непонятно в каком из выделенных Вами значений этого термина
В наибольшей степени статья понравилась как раз описанием широкого поля понятия «конкуренция», его масштабности. Несколько более спорными показались использованный метод (рейтинговые оценки респондентов и т.п.) и некоторые выводы
Попробую эту спорность продемонстрировать только через те области, которые мне наиболее знакомы — психологии конфликта и теории деятельности. В психологии конфликта Вы привели схему Томаса-Килмана (Блейка-Мутона) и сделали вывод, что в эту схему сложно вписать конкуренцию без потери содержания этого понятия, а если оно и вписывается, то в срединной области «компромисса». В этой связи для меня не очень понятно и что может при вписывании потеряться (на каком определении «конкуренции» Вы при этом фиксируетесь) и тем более не очень понятно, почему вписать можно лишь в средней области. Тут ведь еще тот аспект, что эта модель чаще называется «модель двойной заинтересованности» и речь идет о двух формы разрешения конфликта факторах, один из которых «заинтересованность в другом». Получается, что Вы конкурентным отношениям отказываете в возможности заинтересованности дальнейших взаимодействий? Это война на уничтожение? Честно говоря, у меня в принципе возник вопрос как в Вашем анализе был привлечен «социально-психологический опыт» анализа конкуренции — начиная с работ Шерифа, но, прежде всего, аспиранта Левина Дойча (который, к слову выделял 16 форм конкурентных отношений…). Аналогично из такого рассмотрения «конкуренции» выпадает конкуренция научных теорий в изложении Лакатоса (как развитие научно-исследовательских программ, а не просто в духе наивного фальсификационизма Поппера откидывания «ошибочных»). Тут тоже логика конкуренции через достаточно долгую и перспективную историю взаимодействий, через развитие конкурентных отношений
В этом плане предложение выделить специфику «конкурентного подхода» в ориентации на схему «субъект-объект-субъект» и тем более отличие этой схемы от деятельностного подхода. Тут явно недостаточная дифференциация, поскольку как раз деятельностный подход противопоставлялся подходу того же Пиаже по ровно указанной Вами разнице схем. В наиболее четкой и резкой форме принципиальную ориентацию деятельностного подхода на схему «субъект-объект-субъект» прописывал, например, Д.Б.Эльконин в своей самой знаменитой статье об схеме развития. Видимо, необходимо какое то уточняющие различие
Также меня как сторонника функционального подхода крайне заинтересовало Ваше стремление зафиксировать функционально-структурную особенность компетентностного подхода. И тут при описании я увидел «структуру» и ее воздействия (как факторов), но не совсем понял выделяемые «функции» (особенно на фоне таких попыток в психологии конфликта)
С уважением, Александр - Алтухов В.В. Модератор
Почему то вспоминаются слова преподавателя философии у меня в институте: «Считается, что ключевое, что движет живыми существами — это конкуренция друг с другом, хотя на самом деле всеми процессами правит принцип и поиск сотрудничества». Не получилось полностью основательно прочитать все, но я обратил внимание на схему «Субъект-Объект» и «Субъект-Субъект», и дополнение к ней как два субъекта во взаимодействии за объект. Но это разве не частный случай ситуации «Субъект-Субъект», где оба как то опять же взаимодействуют друг с другом в «борьбе» за объект? Да и бороться они могут за «Субъекта» опять же.С уважением,
Кулешов П. Г. сказал(а): ↑
В условиях тесноты и прочих нехваток причина для возникновения конкуренции за ресурсы представляется само собой разумеющейся. Но осталась за пределами рассмотрения весьма распространённая среди людей захватническая деятельность НЕ конкурентного В ПРИНЦИПЕ характера. Как назвать такое явление, когда ресурсов достаточно, но кому-то хочется контролировать их распределение и присваивать столько ресурсов (благ), сколько ему не удастся израсходовать за отведённое ему время пребывания на Земле? Саван с карманами после отлёта в иной мир в гробу останется. Для чего ему столько? Можно ли усмотреть в такой запредельной тяге к захватничеству нечто патологическое?
ШмелевА.Г. сказал(а): ↑
Павел,это интересное Ваше рассуждение.Оно имеет очевидный философско-этико-религиозный аспект.Но… давайте постараемся остаться в плоскости позитивистской науки.А в этой «плоскости» есть ли ПРИНЦИПИАЛЬНАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ получения ответа?
Анекдот на тему: Ночью под фонарным столбом человек склонившись что-то высматривает. К нему подходит товарищ и спрашивает:- Что ты ищешь?- Ключи.- Но ведь их тут нет!- Вижу.Тогда почему же ты их тут ищешь??- А потому, что тут светло. Ещё из статьи цитата:…на стадии открытого и прямого конфликта психологи, опаздывая во времени, вынуждены всегда стремиться вслед за конфликтом, имеющим признаки эскалации (фактически – за стремительно развивающимися событиями), но не опережать и предвидеть такой характер развития событий. Своевременный анализ, предотвращающий переход в открытую стадию деструктивного конфликта, должен осуществляться в виде такого анализа элементов конкурентной среды, который позволил бы своевременно выявлять риски неблагополучного течения событий, определять несправедливые действия со стороны определенных участников – действий, обладающих зловредными системными последствиями.Забавно звучит: «зловредные системные последствия».Есть сорт людей, увещевать которых бессмысленно – им нравится разрушительная деятельность (Так они понимают справедливость независимо от наличия или отсутствия конкурентной среды вокруг них). Там психологам делать нечего.У психологов-практиков ведь есть своя «ниша». Они работают с вменяемыми, в общем, нормальными людьми, попавшими в затруднительные обстоятельства.Но если на человека, работающего психологом, некто нападает и пытается его либо покалечить, либо убить, то психологу остаётся полагаться на древний инстинкт «нападай или убегай». Ибо нет времени на установление «доверительной, располагающей к откровенности обстановки».В одном из фильмов про природу Африки был такой сюжет:У реки располагалось несколько птиц, среди которых была цапля средних размеров и голубь. Цапля несколько раз быстро подбегала к голубю и пыталась вонзить в него клюв. Голубь отлетал не пару метров, приземлялся и продолжал прерванные поиски пищи вокруг себя. И вот в очередной из попыток цапля убила-таки голубя и проглотила. Голуби не являются повседневной пищей цапель. Похоже, голубь, как более мелкий по размерам, признавал «конкурентное превосходство» более крупной цапли и без раздумий уступал ей место, но не предполагал, что его рассматривают не как конкурента, а воспринимают как еду.Есть ещё такой вариант – «побег с коровой»:Тюремная энциклопедия — ПОБЕГИ сказал(а):Главной проблемой для беглого зека считается еда. Помышлять об охоте с ножом наперевес, когда охотятся на тебя, не приходится. Случалось, что матёрый рецидивист подбивал на побег напарника в надежде укокошить его в дороге и питаться человеческим мясом ещё несколько недель. Зека, который должен был, сам того не подозревая, бежать на закланье, называли «коровой». Когда в тайгу убегали три-четыре зека, «корова» бралась почти всегда. Расправившись с первой жертвой, голодные беглецы могли приступить к повторной трапезе. Иногда, чтобы выжить, съедался вчерашний друг, с которым делилась на нарах последняя пайка. Жажда жизни и инстинкт самосохранения брали верх над привычками и нравами. Природа, превратившая зверя в человека, любит экспериментировать. Обратный процесс проходит гораздо быстрее.- Шмелев А.Г.
Александр (Ромащук),
спасибо Вам за внимательное чтение и достаточно глубокие вопросы и замечания. См. ниже мои ответы (синим).Александр Георгиевич, с большим интересом прочитал новый вариант Вашей статьи и решил попробовать отозваться несколько конкурентно — правда, непонятно в каком из выделенных Вами значений этого терминаКонкурентно — в том смысле, что неконформно.
Хотя это несколько, по-моему, маргинальный
смысловой контекст для термина «конкурентность»,
но так еще можно сказать…В наибольшей степени статья понравилась как раз описанием широкого поля понятия «конкуренция», его масштабности.Спасибо. В этом и был главный замысел.Несколько более спорными показались использованный метод (рейтинговые оценки респондентов и т.п.) и некоторые выводыСпорными почему? — Лобовое шкалирование смысловых границ?Попробую эту спорность продемонстрировать только через те области, которые мне наиболее знакомы — психологии конфликта и теории деятельности. В психологии конфликта Вы привели схему Томаса-Килмана (Блейка-Мутона) и сделали вывод, что в эту схему сложно вписать конкуренцию без потери содержания этого понятия, а если оно и вписывается, то в срединной области «компромисса». В этой связи для меня не очень понятно и что может при вписывании потеряться (на каком определении «конкуренции» Вы при этом фиксируетесь) и тем более не очень понятно, почему вписать можно лишь в средней области.Как известно (Вы сами об этом пишите ниже), в сетке Томаса-Килмена есть только 2 измерения — «Я» и «Другой». И нет предмета конкуренции — нет возможности развести ситуации острого дефицита (когда благом может обладать лишь один и правый верхний угол исключается автоматически) и ситуацию изобилия (когда благом в достаточных количествах могут обладать оба претендента). Стратегия максимизации разницы в достижениях (стратегия соперничества) — вовсе не единственная стратегия в ситуации конкуренции. Даже чаще в практике многих видов настоящей конкуренции (безконфликтной, ибо участники такой конкуренции даже не знают лично друг друга и никак не общаются) проявляется стратегия «равнодушного безразличия к другому»: претендент просто стремится к обладанию благом («Желанным объектом»), а о том, что будет с конкурентами вообще не думает. Где эта стратегия в сетке Томаса? В середине верхнего ребра квадрата?Тут ведь еще тот аспект, что эта модель чаще называется «модель двойной заинтересованности» и речь идет о двух формы разрешения конфликта факторах, один из которых «заинтересованность в другом». Получается, что Вы конкурентным отношениям отказываете в возможности заинтересованности дальнейших взаимодействий? Это война на уничтожение?Как раз я хотел сделать акцент на противоположном — на том, что конкуренция — это вовсе не всегда война. И вовсе не всегда это «заинтересованность в другом» (мол, пусть конкурент выживет, иначе мне без него дальше будет скучно). Чаще наблюдаются случаи «безразличия» (хотя они сами по себе менее яркие и поэтому реже становятся объектом внимания для психологов).Честно говоря, у меня в принципе возник вопрос как в Вашем анализе был привлечен «социально-психологический опыт» анализа конкуренции — начиная с работ Шерифа, но, прежде всего, аспиранта Левина Дойча (который, к слову выделял 16 форм конкурентных отношений…).Никак, не читал указанных Вами работ. Спасибо, надо восполнить пробелы в моей эрудиции в этой области.Аналогично из такого рассмотрения «конкуренции» выпадает конкуренция научных теорий в изложении Лакатоса (как развитие научно-исследовательских программ, а не просто в духе наивного фальсификационизма Поппера откидывания «ошибочных»). Тут тоже логика конкуренции через достаточно долгую и перспективную историю взаимодействий, через развитие конкурентных отношений.Лакатоса когда-то читал, но это такой опять-таки маргинальный случай, как мне кажется, в палитре всевозможных разновидностей конкуренции, что мне не пришло в голову его притягивать к этому разговору.В этом плане предложение выделить специфику «конкурентного подхода» в ориентации на схему «субъект-объект-субъект» и тем более отличие этой схемы от деятельностного подхода.Для понимания смысла этой фразы, Александр, мне, очевидно, не хватает какого-то слова или слов. Даже не пойму, какое слово просто пропущено. Но критическая интенция сохраниласьТут явно недостаточная дифференциация, поскольку как раз деятельностный подход противопоставлялся подходу того же Пиаже по ровно указанной Вами разнице схем. В наиболее четкой и резкой форме принципиальную ориентацию деятельностного подхода на схему «субъект-объект-субъект» прописывал, например, Д.Б.Эльконин в своей самой знаменитой статье об схеме развития. Видимо, необходимо какое то уточняющие различиеСпасибо, надо будет и на это внимание тоже обратить.
Есть трактовка деятельностного подхода Рубинштейом — самая банальнейшая, а Вы справедливо указываете на то, что деятельность того же ребенка при освоении им предметного мира, как правило, опосредована взрослым. Кстати, реакция эмансипации, которая в зачатке наблюдается даже у дошкольников (под лозунгом «Дай я сам!»), выражает стремление подрастающего субъекта самоутвердиться если не путем подчинения взрослого, то хотя бы путем его «отстранения».Также меня как сторонника функционального подхода крайне заинтересовало Ваше стремление зафиксировать функционально-структурную особенность компетентностного подхода. И тут при описании я увидел «структуру» и ее воздействия (как факторов), но не совсем понял выделяемые «функции» (особенно на фоне таких попыток в психологии конфликта)Про конкурентную интерпретацию компетентностного подхода я написал в этой статье так мало (это крошечная заявка), что, конечно, в этом вопросе статья порождает одни только вопросы и почти не дает ответов.
Еще раз Вас благодарю за содержательный разговор.
Ваш АШШмелев Александр Георгиевич,
главный редактор сайтов ht.ru и ht-line.ruШмелев А.Г., 20 фев 2015РедактироватьУдалитьIPНарушение#12ОтветитьРомащук А Н нравится это. - Ромащук А.Н.АктивистАлександр Георгиевич, спасибо за ответы!
Попробую тогда с их учетом пояснить свои вопросы1. «Шкалирование смысловых границ» мне показался спорным способом выявления тонкостей понятия «конкуренция». Просто себе представил такой же подход к понятиям «психика», «сознание», «мотивация», тот же «конфликт» (по последнему есть конкретное исследование у Гришиной). Обыденное понимание интересно, но, оно, во-первых, не кажется однородным, а, во-вторых, вызывает сомнение как единственное в научном анализе понятия2. Вы пишите: Как известно (Вы сами об этом пишите ниже), в сетке Томаса-Килмена есть только 2 измерения — «Я» и «Другой». И нет предмета конкуренции — нет возможности развести ситуации острого дефицита (когда благом может обладать лишь один и правый верхний угол исключается автоматически) и ситуацию изобилия (когда благом в достаточных количествах могут обладать оба претендента). Стратегия максимизации разницы в достижениях (стратегия соперничества) — вовсе не единственная стратегия в ситуации конкуренции. Даже чаще в практике многих видов настоящей конкуренции (безконфликтной, ибо участники такой конкуренции даже не знают лично друг друга и никак не общаются) проявляется стратегия «равнодушного безразличия к другому»: претендент просто стремится к обладанию благом («Желанным объектом»), а о том, что будет с конкурентами вообще не думает. Где эта стратегия в сетке Томаса? В середине верхнего ребра квадрата?
Честно говоря, обозначенная Вами логика мне не достаточно понятна. Предмет конкуренции задан уже «расхождением интересов» (в сущности это классическое в англоязычной психологии определение конфликта — если добавить «воспринимаемое»). Ситуация «острого дефицита» или «ситуации изобилия» разводится как раз выбором стратегии (как конкуренты воспринимают и выбирают), поскольку оценка ресурсов сильно зависит от выбора стратегии (не всегда наоборот!). Вы, скорее описывается оценку в рамках «теории игр» и в принципе «предметного» (ситуационного для психологии — в терминах той же Гришиной) подхода. Это оттуда «максимизация разницы» (классика Шеллинга «Стратегия конфликта» и все расчеты времен холодной войны), а в психологии конфликта еще и с учетом рефлексивных расчетов в традициях «дилеммые заключенного» или Лефевра. Но ведь еще от психоанализа возникли «диспозициональные» версии конфликта (или социологическое различение Л.Козера «реалистические и нереалистические конфликты»). Подчеркнутая Вами ситуация «не знания лично друг друга и никак не общаются» может означать очень разные вещи — от «латентного конфликта» по Дойчу (кстати, думаю, что Вам было бы интересно сопоставить варианты конкуренции с другими выделенными им типами конфликта), до просто разных форм взаимодействия конфликтных сторон (эти формы не обязательно при личном общении). Ситуация «что будет с конкурентом вообще не думает» как раз и означает выбор стратегии «соперничества», но пока без возникновения «целей враждый» (в рамках того типа эскалации, когда возникают «структурные преобразования» — например, по Рубину, Пруйту, Ким «Социальный конфликт»)3. Как раз я хотел сделать акцент на противоположном — на том, что конкуренция — это вовсе не всегда война. И вовсе не всегда это «заинтересованность в другом» (мол, пусть конкурент выживет, иначе мне без него дальше будет скучно). Чаще наблюдаются случаи «безразличия» (хотя они сами по себе менее яркие и поэтому реже становятся объектом внимания для психологов).Александр Георгиевич, «заинтересованность в чужом интересе» обычно выделяют два типа — «искреннюю» (на ценностных основаниях) и «инструментальную» (из прагматических побуждений — поскольку с «конкурентом» придется взаимодействовать и в дальнейшем). В плане «безразличия» пытаюсь понять, но пока не получается. Это что-то типа метафоры «конкурентов на рынке», когда конкурируешь не конкретно с каким-то производителем/продавцом, а через «среднюю цену» и т.п.? Как можно конкурировать «безралично»? Может быть Вы приведете какие-то примеры?4. Лакатоса когда-то читал, но это такой опять-таки маргинальный случай, как мне кажется, в палитре всевозможных разновидностей конкуренции, что мне не пришло в голову его притягивать к этому разговору.
Дело, как мне кажется, не в Лакатосе, а в привлечении идей науковедения, поскольку научные теории (и их авторы) ведь находятся в конкурентных отношениях и тут интересное развитие взглядов на эту конкуренцию (от возможности «конкурентов» опровергнуть, то понимания необходимости совместного развития). Если Лакатос (Липшиц ) кажется маргинальным, то можно через «оппонентский круг» Ярошевского, например5. «В этом плане предложение выделить специфику «конкурентного подхода» в ориентации на схему «субъект-объект-субъект» и тем более отличие этой схемы от деятельностного подхода.Для понимания смысла этой фразы, Александр, мне, очевидно, не хватает какого-то слова или слов. Даже не пойму, какое слово просто пропущено. Но критическая интенция сохранилась «
Да, извините, Александр Георгиевич, очень небрежно написал. Имел в виду, что деятельностному подходу, на мой взгляд, рискованно приписывать схему «субъект-объект». Ну и далее через Эльконина указал ссылку на привлечение схемы «субъект-объект-субъект»6. «Также меня как сторонника функционального подхода крайне заинтересовало Ваше стремление зафиксировать функционально-структурную особенность компетентностного подхода. И тут при описании я увидел «структуру» и ее воздействия (как факторов), но не совсем понял выделяемые «функции» (особенно на фоне таких попыток в психологии конфликта)Про конкурентную интерпретацию компетентностного подхода я написал в этой статье так мало (это крошечная заявка), что, конечно, в этом вопросе статья порождает одни только вопросы и почти не дает ответов».
Александр Георгиевич, тут тоже хотел бы просить извинить! Описался и имел в виду, конечно, не компетентностный подход, а «конкурентный». Был бы рад указанию именно на функции, а не факторы конкурентного подхода. Наверное, я просто не понял их выделенияС уважением, АлександрС уважением,
Ромащук Александр НиколаевичРомащук А.Н., 20 фев 2015РедактироватьУдалитьIPПредупредитьНарушение#13Больше не нравитсяОтветитьВам нравится это. - Ромащук А.Н.АктивистАлександр Георгиевич, не понял как можно редактировать собственные посты и поэтому пишу отдельно. К сожалению, забыл в логике обсуждения вариантов «дефицита» и «изобилия» даже в логике современных «предметно-ситуационных» (и «когнитивных») методов разрешения конфликта не являются изначальными альтернативами, поскольку как раз направлены — при выборе стратегии «разрешения» — на перевод с ситуации «дефицита» к ситуации «изобилия». Это можно с учетом более широкого рассмотрения ресурсов или уточнением «предмета» конфликта. Ну и тем более методы, которые рассматривают «конкуренцию»/»конфликт» более широко — от диспозиционных до системных вариантов разрешения. При этом конкуренция в этой традиции скорее выбор стратегии «соперничества», но раз Вы настолько широко рассматриваете, то это больше становится похожим на конфликт в целомС уважением,
Ромащук Александр НиколаевичРомащук А.Н., 20 фев 2015РедактироватьУдалитьIPПредупредитьНарушение#14Больше не нравитсяОтветитьВам нравится это. - Ромащук А.Н.АктивистАлександр Георгиевич, подумал, что может быть Вы имеете в виду ситуации схожие с так называемыми «координационными играми», за разработку которых Шеллинг и Ауман в 2005 году получили скандальную нобелевскую? Там, правда, при сходстве с Вашим описанием «бесконфликтной конкуренции» участники, наоборот, должны иметь возможность договариваться. Ну или хотя бы один пример для пониманияС уважением,
Ромащук Александр НиколаевичРомащук А.Н., 22 фев 2015РедактироватьУдалитьIPПредупредитьНарушение#15Мне нравитсяОтветить - Кулешов П. Г.УчастникКаждый (подчеркиваем, каждый) человек стремится к утверждению собственной уникальности путем поиска таких шкал (областей деятельности), в оценках по которым, во-первых, его достижения окажутся превосходными (отличными от среднего уровня), и, во-вторых, он окажется лучшим по сравнению с представителями значимого для него межличностного окружения (базой социального сравнения). Субъективная формула компенсаторного превосходства имеет следующий вид: «пусть я уступаю первенство по целому ряду очень важных и общепризнанных шкал (критериев успешности), но есть одна, по которой я не уступаю никому. Пусть даже это совсем экзотичная шкала вроде „размер коллекции бабочек“ и т. п.».Вспомнился анекдот:- Мальчик, ты летал на самолёте?- Нет. Но зато я ел арбуз!Но бывают ведь и люди без больших амбиций – про шахматиста Карла Шлехтера (1874-1918) говорили, что при всех его замечательных талантах, он не станет чемпионом мира, ибо совсем не амбициозен.Бедствуя во время Первой Мировой Войны, он, тем не менее, не позволял себе пользоваться слабостью противников для повышения своего уровня благосостояния:Верховский Л. – Карл Шлехтер сказал(а):Несмотря на тяжелое материальное положение, Шлехтер никогда не играл в шахматы на ставку. Одному иностранцу,который не зная гроссмейстера в лицо,предложил ему в Венском шахматном клубе сыграть несколько партий по 10 крон, Шлехтер представился,добавив: «Я не думаю,что вы играете сильнее меня». Как в жизни,так и за шахматной доской Шлехтер всегда оставался джентльменом. У него были свои взгляды на шахматную этику,в основе которых лежали спортивная честность, объективность, благородство и доброжелательность. Э. Грюнфельд вспоминает характерный случай,свидетелем которого он был. В крупном турнире соперник Шлехтера (маститый шахматист) попал в сильный цейтнот. Позиция носила обоюдоострый характер,и Шлехтер, у которого был большой запас времени,делая очередные ходы, умышленно не нажимал на кнопку часов, дав тем самым партнеру решить трудные проблемы.ИсточникНажмите, чтобы раскрыть…Далее.О неудовлетворенности конкурентной мотивации самому человеку (и его окружению) иногда могут сигнализировать кажущиеся на первый взгляд «немотивированными» вспышки конкурентных эмоций (прежде всего, эмоций «зависти» и «ревности»). Такие эмоции, при длительном их репрессивном отрицании (неэффективной, вытесняющей психологической защите), приводят к кумулятивно-взрывному эффекту высвобождения и достигают стадии аффективных срывов, что нередко приводит к развитию состояния «суженного сознания» и толкает человека на деструктивное поведение.Регулярно наблюдаемое явление.Вы, Александр, видимо, не делаете различия между «чувствами» и «эмоциями». На мой взгляд,Кулешов П.Г. – Обзор описаний типов ИЛИ и INTP сказал(а):Эмоции непосредственны, конкретны и ситуационно обусловлены. Они всенаправлены. У них нет адреса. Иное дело – чувства. У чувств есть субъект – тот, кто испытывает чувство, и есть объект – тот, на кого направлено чувство.ИсточникЯ бы уточнил, что «зависть» и «ревность» – это, всё-таки, «чувства», а не «эмоции», поскольку у них есть субъект и объект (причём необязательно, чтобы объект чувства «знал», «воспринимал» это чувство). Ведь, в отличие от эмоций, чувства векторны.Про «зависть» добавлю:»Белая зависть» содержит в себе существенную долю искреннего восхищение достижениями и свойствами «завидуемого» и имеет созидательный вектор: «Хочу дорасти до твоего уровня!»»Чёрная зависть» обращена на превосходящих в чём-то других (не только людей) с таким, примерно, разрушительным пожеланием: «Хочу, чтобы ты опустился ниже моего уровня!»»Ревность» – тоже чувство «низовое» и собственническое: «Как смеет моя собственность проявлять самостоятельность!»На основе чувств возникают соответствующие эмоции: «радость», если ревнуемому некуда удрать и «гнев» – если он уже удрал. «Радость», если завидуемый наделал нелепых ошибок, и «гнев», если ему опять подфартило.Кулешов П. Г., 26 фев 2015РедактироватьУдалитьIPПредупредитьНарушение#16Мне нравитсяОтветить
- Кулешов П. Г.УчастникЦитата из статьи:При рассмотрении понятия «конкуренция» в максимально широком контексте, связанном с двумя другими ведущими метакатегориями психологии – глобальными (по своей роли в психологии) понятиями деятельности и общения. В простейших схемах (рис. 2) все три категории могут быть сведены, по нашему мнению, к взаимодействию субъектов с объектами и между собой. Предметная деятельность субъекта направлена на объект и преобразует его в определенном, желательном для субъекта направлении (верхний фрагмент схемы на рис. 2) в соответствии с образом потребного будущего.Общение тоже является деятельностью, но ее предметом оказывается другой субъект, который, со своей стороны, по определению является более активным, чем объект неживой природы. В общении оба субъекта осуществляют задачи воздействия (в частности, путем информирования) с целью получения желаемого результата (средний фрагмент схемы).О несводимости «парадигмы общения» к «парадигме деятельности» в свое время (еще в 70–80-е годы прошлого века), заявили, как известно, сторонники Б.Ф. Ломова во время состоявшейся тогда крупной дискуссии в отечественной психологии (Ломов, 1984). Очевидно, что большинство конфликтов в такой логике может быть сведено к описываемой ситуации коммуникации как субъект-субъектного взаимодействия (например, конфликт двух людей в ситуации типа «дилемма узника»). В ситуации конфликта каждая из сторон воздействует на противника так, чтобы ослабить его и повысить свои шансы на успех.Конкуренция может быть схематически отражена в виде треугольника «субъект – объект – субъект» (см. нижний фрагмент схемы на рис. 2). Каждый субъект (как в вышеописанном случае ситуации деятельности) стремится воздействовать на некий объект (например, стремится к обладанию этим желанным объектом в качестве собственности) и не воздействует на другой субъект. Но «парадигма конкуренции» (в отличие от «парадигмы деятельности») не абстрагируется от того факта, что субъект воздействует на объект не в одиночестве, а при наличии других субъектов, которые тоже воздействуют на тот же самый объект (чаще всего в качестве таких субъектов выступают это индивиды, относящиеся к той же самой иерархической группе).Нажмите, чтобы раскрыть…
Мне представляется, что тут возникла путаница в понятиях. Если рассматривать ОТНОШЕНИЯ вообще, то речь будет идти о «субъектах» и «объектах» ОТНОШЕНИЙ.Если рассматривать ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, то в этом контексте речь будет идти уже О ДРУГИХ «субъектах» и «объектах», а именно О «СУБЪЕКТАХ» И «ОБЪЕКТАХ» ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.Сначала скажу об отношениях (а «конкуренция» и «кооперация» как раз и являются разновидностями «отношений»).Если какой-либо участник отношений выбирает себе роль вожака, лидера, начальника, а другим оставляет роль ведомых, подчинённых и т.п., то он и оказывается субъектом в этих отношениях. А другим достаётся роль объектов отношений. Это ОТНОШЕНИЯ НЕРАВЕНСТВА.Если предлагается ОТНОШЕНИЯ НА РАВНЫХ, то при двух участниках возможны два варианта: оба выбирают себе роли субъектов и предлагают другим роли субъектов; оба выбирают себе роли объектов и предлагают другим роли объектов. В первом случае оба участника отношений признают за собой и за другим самобытность и сложность, принципиальную непредсказуемость и самостоятельность. Во втором случае они выступают как представители каких-либо учреждений, наделённые некоторыми полномочиями, но, всё-таки ограниченные в выборе способов поведения.Примеры: 1) отношения друзей; 2) отношения сослуживцев, дипломатов из разных стран, переговорщиков.Отношения неравенства вполне могут быть гармоничными, если один участник отношений выбирает себе роль субъекта и предлагает другому роль объекта, а другой соглашается с таким раскладом.Явный КОНФЛИКТ обозначится только в том случае, когда оба выберут себе роли субъектов, а другим предложат роли объектов (Кто из нас главней?). Похоже, что именно тут и есть место для «конкуренции» как разновидности «конфликта».Всего возможно десять вариантов выбора себе и предложения другому ролей субъекта и объекта.Теперь о деятельности.Есть виды деятельности, в которых общение составляет их значительную часть, как-то: учебная деятельность, политическая деятельность, общественная деятельность. И в этих видах деятельности, как и в «предметной» деятельности «субъектом» признаётся тот участник взаимодействия, который активней, экспансивней, экспрессивней других участников. Учителя, воспитатели, наставники, политические и общественные деятели выступают тут в роли «субъектов» деятельности. А адресатами их активности оказываются соответственно ученики и общественность. Они-то и являются в этом взаимодействии «объектами» деятельности. Субъекты деятельности стремятся в ходе общения повлиять на объекты деятельности, подвигнуть их к определённым действиям. Собственно, к этому же сводится и управленческая деятельность. Там управленцы оказываются субъектами, а их подчинённые объектами деятельности.В целом же, мне представляется, что «конкуренция» НЕ ТЯНЕТ на роль «метакатегории» психологии. Это понятие поглощается понятием ОТНОШЕНИЙ. «Отношения» же по уровню абстрагирования выше понятия «общения», так как отношения могут существовать и без общения. А в общении отношения непременно проявятся (безразличие – тоже отношение!).Кулешов П. Г., 1 мар 2015РедактироватьУдалитьIPПредупредитьНарушение#17Мне нравитсяОтветитьБулгаков А В нравится это. - Шмелев А.Г.ОрганизаторКоманда форумаПавел,
ваши доводы и вывод мне понятны, но я позволю себе с Вами не согласится.
Конечно, понятие «ОТНОШЕНИЕ» является по уровню обобщения более
высокой абстракцией, но из этого не следует, что «конкуренция» не может
стать ОДНОЙ ИЗ метакатегорий для психологии. При этом обратите внимание, я же
не утверждаю, что это «единственная метакатегория».
С ув,
АШ
Владимир Александрович, понимаю, что Вы снабдили эту свою реплику смайликами-грустликами. Но все-таки должен Вам сказать. что в современных условиях высокая…
Добавить комментарий