В День знаний «Первое сентября» мы поздравляем участников нашего проекта КИТТ (Клуб Испытателей Тестовых Технологий) и дарим возможность пройти знаменитую методику – «16 личностных факторов» (16PF). Причем в течение сентября нашим членам клуба (уважаемым испытателям) становятся доступны даже не одна, а сразу 2 версии этого тест-опросника – параллельные формы А и Б[1].

Хотя… не совсем параллельные это формы… Дело в том, что форма А была создана и опубликована нами впервые еще в 1988 году (в сборнике заданий «Практикума по психодиагностике» в издательстве МГУ). С тех пор кто только не перепечатал у себя эту версию, которая, как это происходит в России со всеми опубликованными на бумаге методиками, «пошла по рукам». С появлением Интернета в конце 1990х годов именно эта методика обнаружилась  на множестве пиратских сайтов. Иной раз со смешными опечатками в заданиях и перепутанными не только ключами, но и названиями тестовых шкал. В форме А мы с моими соавторами (это были В.И.Похилько и А.С.Соловейчик) за счет психометрического анализа собранных данных еще в 1988 заменили или скорректировали формулировки 45 неработающих заданий. Но на многих пиратских сайтах появилась версия еще совсем первого перевода Маргариты Жамкочьян, в которых эти 45 заданий еще не были заменены.

Впрочем, я не буду сегодня углубляться в историю адаптации теста 16PF. Кто этим интересуется всерьез, могут почитать мою статью на портале «Большой российской энциклопедии»:

https://bre.ruwiki.ru/wiki/Шестнадцатифакторный_личностный_опросник_Кеттелла?ysclid=mtia7yk99i888332102

• А также Вы можете почитать все еще актуальную мою статью «Каша из топора», опубликованную в «Психологической газете» еще в  конце 1990-х годов:
  
  Шмелев А. Г. «Каша из топора», или история адаптации 16PF в России // Психологическая газета. – 1999. – № 5.

Этим летом мне попался в руки огромный массив из 108 626 протоколов, накопленных за 20 последних лет по 187 заданиям формы А на одном из популярных сайтов по психодиагностике psytests.org. Я благодарю автора-владельца этого сайта за предоставленную возможность проанализировать такой большой массив (пусть он разрешит опубликовать здесь свое имя, тогда я смогу поблагодарить его поименно). Да, так много протоколов по этому такому большому многофакторному тесту мне не приходилось подвергать факторному и кластерному анализу. С тысячами работал еще при подготовке своей докторской и монографии 2002 года, но не с сотнями тысяч. Впрочем, по конкурсу «ЛР» приходилось иметь дело с массивами в десятки тысяч протоколов, но это были тесты знаний, а не личностные тест-опросники… Вот собственно с этого момента – с появления 108 тысяч протоколов 16PF(A) —  все этим летом и закрутилось – возник повод подготовиться к обновлению нашего  тест-опросника 16PF-16РФ (почему добавляю буквы РФ – почитайте дальше).

Форма Б – это более свежая версия. И она-то и получила название 16РФ.  В ней все тестовые задания-вопросы я создал уже не в виде перевода с английского, то есть не использовал формулировок Раймонда Кэттелла, а это стали оригинальные задания. Причем большой банк заданий (в полтора раза больше, чем у Кэттелла) работает одновременно на 2 альтернативные факторные системы – 16PF и 16РФ (руссскоязычный набор факторов, полученный впервые при факторизации 1690 слов из нашего словаря ТЕЗАЛ).

Впервые банк из 280 заданий этой версии 16РФ(Б) был опубликован в приложении к моей монографии в 2002 году (Шмелев А.Г. Психодиагностика личностных черт. – Спб: Речь, 2002). С тех пор по этой версии тоже были накоплены многие тысячи протоколов (именно в варианте 280 заданий, а иногда 300, когда добавлялись 20 заданий на интеллект).  Только лишь в одном практикуме по психодиагностике в МГУ этот тест-опросник выполнили за 21 век более 3 тысяч студентов факультета психологии (!). Ну и около двух тысяч протоколов удалось получить от проведения тестирования в режиме онлайн, проведения корпоративного обследования в некоторых компаниях, а также от читателей книги 2002 года.

ВОПРОС: Что же вызвало всплеск моего интереса летом 2026 года к этому, казалось бы, устаревшему инструменту? Ведь его следует считать устаревшим хотя бы потому, что в последние годы в нашей лаборатории для измерения личностных черт мы создаем тест-опросники в ипсативном формате, а этот, по-старинке, содержит утверждения с тремя вариантами ответов: «верно-нечто среднее-неверно».

ОТВЕТ: мне лично стало очень интересно проверить, какие же изменения и по каким факторам накопились в России за прошедшие без малого 40 лет (с 1988 года!). Согласитесь, когда каждый год популярную методику проходят до сих пор сотни и даже тысячи участников, то возникает уникальная и вместе с тем вполне реальная возможность отследить какие-то неслучайные, статистически-значимые изменения, причем сразу по 16 факторам (!).

Вы тут можете сразу же мне возразить: О каких достоверно установленных изменениях усредненных показателей может идти речь, если сам опросник «вышел в тираж», то есть стал доступным и известным огромному количеству людей. Ведь «раскрытие методики»  (disclosure effect) приводит к потере достоверности результатов?

Но не торопитесь забраковать мои данные о накопленных изменениях! – Ведь все дело в том, что на сайтах типа Psytests.org люди проходят тест вовсе не в «ситуации экспертизы» (не в корпоративном режиме), а ради … САМОПОЗНАНИЯ (!). Они выполняют здесь методику без всякой регистрации своих ФИО и других персональных данных, то есть практически анонимно (даже еще более анонимно, чем в нашем клубе КИТТ, где мы просим от участников дать нам реальный email). Они ничем не рискуют и поэтому вовсе не искажают результаты, даже если у них есть такая возможность (не пользуются опубликованными на каких-то сайтах ключами к этой методике и т.п.). Что указывали испытуемые-добровольцы на сайте Psytest.org о себе? – Только пол и возраст.

Таблица 1. Цветом в таблице выделены значимые изменения в средних показателях на шкале «балл-процент» по методике 16PF(A), начиная с 1980-х годов 20 века (желтые клетки – более высокие значения, серо-голубые – более низкие).

Как мы уже отметили выше, по методике А данные накапливались у нас еще с прошлого 20-го столетия. Какие изменения по методике А оказались значимыми? В таблице 1 собраны усредненные показатели по всем 16 факторам. Они подсчитывались на шкале «балл-процент». Это ничто иное как шкала сырых баллов, масштабированная к 100%, где за 100% взят возможный максимальный балл по шкале. У читателей может возникнуть вопрос, а почему я не даю показатели на шкале стенов? – А потому, что мы тогда потеряем возможность сравнивать между собой разные шкалы, ведь шкала стенов нивелирует различия между шкалами, а шкала «балл-процент» позволяет нам увидеть, что средние баллы по Мечтательности, Ранимости и Напряженности, например, гораздо ниже (все ниже 50%), чем средние баллы по факторным шкалам «Сила Я», «Сверх Я» и Самоконтроль» (все выше 60 в пиковом интервале 2006-2008).

Пояснения: цветом выделены клетки, по которым разница средних значений превысила 3% на шкале «балл-процент»  (эта граница вычислена на базе стандартных отклонений и средней ошибки измерения, но этими данными я не стал загромождать таблицы в этой статье, написанной мной скорее в научно-популярном жанре, чем в строго-научном).

Таблица 2. Аналогичные данные по методике 16РФ(Б). Но по этой версии регулярные репрезентативные массивы данных мы начали собирать только с середины нулевых годов (данных за 20 век у нас нет).

Как видим, по методике 16РФ(Б)  наблюдается сходная динамика по многим шкалам, как и по методике 16PF(A): пиковые значения по большинству шкал характерны для нулевых годов (желтые клетки), а в 20-е годы по этим шкалам наблюдаются снижения (серо-голубые клетки). Хотя это снижение не достигает таких же низких значений, какие были по этим шкалам в 20 веке, но все же «усредненный профиль гражданина РФ» в 20-е годы становится больше похож на профиль гражданина СССР в 1980-е годы (!).

Перечислим ровно три шкалы, которые повели себя аналогичным образом – показали сходную динамику по периодам времени — по двум разным методикам (отличающимся друг от друга по содержанию самих тестовых заданий). Это «Эмоциональная стабильность» (она же называется  «Сила Я»). Это «Социальная смелость». И это «Радикализм».

Рисунок-гистограмма 1. Все столбцы (средние баллы) по указанным трем факторам достигают максимума в нулевые годы, но в 20-е годы средние баллы снижаются.

Динамику по все указанным на рисунке 1 факторам можно интерпретировать в рамках некой общей логики: в нулевые годы российские люди почувствовали себя более уверенными (эмоционально-стабильными), смелыми и настроенными на перемены, чем это наблюдалось у советских людей в 1980-е годы, и стало наблюдаться у современных российских граждан в 1920-е годы.

Это комплексная интерпретация укрепляется благодаря такой тенденции, которую позволяет увидеть таблица 2 (эта тенденция проявилась только в случае более современной и, видимо, более чувствительной методики 16РФ-Б). В 1920-е годы у людей снижаются показатели еще по трем факторам: Доминантность, Мечтательность (он же Романтизм) и Независимость. Таким образом, люди стали чувствовать себя более «подчиненными» (сдвиг к низкому полюсу по фактору E),  менее «романтичными» (к низкому полюсу по фактору M) и более конформными (сдвиг к низкому полюсу по фактору Q2). Согласитесь, что все это выглядит как целый комплекс не случайно-направленных, а взаимосвязанных изменений.

Вопрос: насколько статистически значимыми (надежными) можно считать выявленные изменения? Я не привожу в этой статье точных значений по статистическому критерию Стьюдента, но сообщу, что репрезентативные размеры выборок (не менее 500 человек в каждой клетке таблицы) обеспечивают высокую значимость (не ниже вероятности ошибки вывода p<0,01).

В этой статье я выступаю в роли психометриста и не собираюсь давать свою социально-психологическую (и тем более социально-политическую интерпретацию) выявленным изменениям. Предоставляю это сделать тем читателям, которых такой аспект интересует. С точки зрения, психометрики полученные данные подталкивают  к такому немного банальному выводу:

С течением времени тестовые нормы (а средние показатели – это середина нормативного коридора по каждой шкале) в таких личностных тест-опросниках  существенно МЕНЯЮТСЯ, отражая общественные настроения и их влияние на социальное поведение отдельных людей. Причем изменения наблюдаются с разной силой по разным факторным шкалам. А это означает, что устаревшие тестовые нормы (20-летней и тем более 40-летней давности) дают существенную погрешность в описании структуры личности конкретного испытуемого (соотношения факторов по степени их выраженности в едином профиле).

Да, казалось бы, ничего нового и неожиданного мы не узнали. Данный вывод уже давно нашел отражение в международных стандартах психологического тестирования  (и в Российском стандарте, в частности). Но в данном случае для нас было важно получить РЕАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ об этих изменениях, подтвердить важный методический стандарт на практике и понять, в каком направлении данную методику 16PF-16РФ можно и нужно модернизировать. Кстати, в большинстве национальных стандартов рекомендуется заново измерять тестовые нормы не каждые 20 и не каждые 10 лет, а уже каждые 5 лет (!). И если изменения оказались существенными, тестовые нормы следует ОБНОВЛЯТЬ (!).

Знают ли об этом методическом  требовании программисты-айтишники? – Некоторые догадываются, но не все. Слава богу, что разработчик сайта psytests.org быстро согласился со мной, что методика 16PF на его сайте явно устарела и нуждается в обновлении. Поэтому-то мне и удалось получить от него 108 тысяч протоколов – на моем обещании предоставить обновленную методику «от автора обновления».

А МОЖНО ЛИ ИЗМЕНИТЬ КОНВЕРГЕНТНУЮ ВАЛИДНОСТЬ ВЕРСИЙ А И Б?

Как я уже писал выше, имеющиеся у нас на данный момент версии А и Б не являются, строго говоря, параллельными формами. К параллельным формам применяют обычно, например, такое строгое требование, что к ним должен подходить один и тот же ключ (матрица правильных ответов). А у нас не только разное общее количество заданий в версиях А и Б, у нас разное количество заданий в одинаковых по смыслу факторных шкалах (!). В версии А – это традиционное для Кэттелла количество от 10 до 13, а вот в версии Б по некоторым шкалам число работающих вопросов доходит до 20  (но по каждой не меньше 10, а некоторые задания работают сразу на 2 шкалы).

Да и в таблицах 1 и 2 мы видим очень и очень разные средние показатели по одним и тем же шкалам. Сказывается не только определенная разница в выборках (наши университетские студенты, как видим, дают гораздо больше правильных ответов на задания по шкале Б – на интеллектуальные задачки), но сказывается и очевидная разница в тестовых заданиях внутри одинаковых шкал.

Вот и возникает такой острый вопрос (острый для сделанных нами выводов о смысловой направленности изменений): а что измеряют эти  2 разные методики – одну и ту же структуру личности, или разные наборы факторов, а значит и строят разные факторные модели личности, да? Ведь согласованные значимые изменения были выявлены в таблицах 1 и 2 только по трем факторным шкалам из 16 (?!) – Ну это явно мало!

Для ответа на поставленный критический вопрос мы применили при анализе полученных данных следующий методический прием (я, как мне кажется, изобрел  очередной велосипед, но сам применил его в первый раз). Внутри каждой таблицы (для версии А и для версии Б) средние показатели были подсчитаны отдельно для мужчин и женщин. Так делают обычно, чтобы получить тестовые нормы, специфичные для разных полов.

По некоторым шкалам из числа 16PF различия между полами всегда были устойчивыми в определенных направлениях. Я об этом много лет рассказывал на лекциях студентам МГУ и даже иллюстрировал этот тезис на основе результатов, которые получал на них же самих (например, некоторые девушки-студентки прямо на лекциях искренне удивлялись, что на самом деле большинство женщин являются более тревожными, чем большинство мужчин). Сохранилось ли эта направленность различий за много лет для наших тестов А и Б? Являются ли в этом отношении две версии похожими и до какой степени?

Таблица 3. Различия между средними значениями мужчин и женщин (на шкале «балл-процент»). Положительное значение в клетке означает, что данный фактор выше у мужчин, а отрицательное – выше у женщин.

В целом мы получили определенную согласованность в направленности гендерных различий по факторам (корреляция между столбцами оказывается достаточно высокой положительной, а в случае 16PF(F) достигает даже 0,8). Но… в таблице 3 мы видим, что гораздо более чувствительной методикой к гендерным различиям оказалась именно более свежая методика 16РФ, причем только тогда, когда она в самом деле была еще «свежей» — в 2006-2008 годах. Впрочем, потерю чувствительности к гендерным различиям у методики Б к 20-м годам можно трактовать следующим образом: в МГУ проявилась со временем такая тенденция, что студенты-мужчины стали больше похожими на студенток-женщин (!).  Если в нулевые годы студенты-мужчины были явно более «брутальными» (холодными, эмоционально устойчивыми, доминантными, смелыми, романтичными, невозмутимыми, радикальными и расслабленными – такими, какими и должны быть мужчины, отличающиеся по своей социальной роли от женщин), то в 20-е годы почти по всем факторам, кроме фактора «Ранимость», студенты- мужчины потеряли свою гендерную роль (!). Может быть, это следствие инфантилизации студентов-мальчиков – более позднего освоения мужской социальной роли в современных условиях (напомним, в РФ прокатились в 20-годы такие значимые события, как пандемия, СВО и повсеместное погружение детей в диалог со своим… смартфоном, а последнее, видимо, особенно сказывается на темпах социализации). Впрочем, это все пока спекулятивные интерпретационные гипотезы, которые нуждаются, в свою очередь, в серьезных проверках.

Вывод из анализа гендерных различий пока что таков: методики А и Б дают в целом согласованные результаты, хотя и во многом различные, так как методика Б проявила больше чувствительности к различиям между полами и к динамике их изменений во времени. Версия Б обнаруживает именно у мужчин тот тренд в изменениях, который оказался характерным для обследованной репрезентативной выборки в целом (без различения полов): снижение эмоциональной устойчивости, доминантности, оптимизма, романтичности, радикализма и независимости.

В заключение этого параграфа отметим такой приятный факт, что обе версии методики оказались более всего чувствительными к различиям между мужчинами и женщинами по фактору I «Чувствительность». Надо сказать, что именно поэтому фактору наблюдается самая высокая корреляция между шкалами 16PF и MMPI, причем именно с шкалой из MMPI номер 5 «Маскулинность — феминность». То есть, данный фактор внутри 16PF можно без особых натяжек также интерпретировать как «Мужественность – женственность», а именно: мужчины оказываются более равнодушными (менее эмпатийными), более рациональными (менее эмоциональными), менее страдающими от грязи и неопрятности (менее эстетически чувствительными), более жестокими (готовыми переносить хладнокровно вид страдающего и погибающего существа). Впрочем, даже по этому стабильному гендерному фактору в 20-е годы методика 16РФ обнаруживает снижение различий между студентами-мужчинами и студентами-женщинами…

Еще одно предположение: студенты знакомятся с методикой 16РФ в условиях учебной деятельности и проходят персонифицированную авторизацию (указывают свои ФИО), тогда как на сайте psytests.org для всех продолжают действовать условия полной анонимности. Возможно, что студенты-мужчины в таких условиях в 20-е годы начали… «маскироваться под женщин» – людей, менее эмоционально слабых и более тревожных и чувствительных. … читайте продолжение истории по сравнительному анализу двух версий теста в следующей статье на блоге. Следующая статья будет посвящена анализу отдельных вопросов… и внутренней структуре факторных шкал

---

[1] Напоминаем, что те, кто заинтересовался нашим проектом КИТТ впервые,  в любой момент могут пройти саморегистрацию (без необходимости указывать ФИО) на сайте https://kitt-club.ru

Фото обложки попало в галерею «Яндекс-картинки» с сайта t.me. Смысл обложки в контексте данной статьи в том, что средний психологический возраст студентов МГУ в 20-е годы оказался ниже 18 лет (домыслы автора, глядя на динамику факторов 16PF).